Патологоанатомы объяснили сообщения о заживо погребенных людях - не для слабонервных
Как оказалось, причиной явлений являются некоторые посмертные процессы.
В основе легенд о заживо погребенных людях лежат вполне объяснимые факты, сообщают патологоанатомы. По словам экспертов, причиной являются некоторые посмертные процессы.
Ранее один из основоположников судебной медицины Петр Минаков перечислял посмертные явления, которые могут симулировать прижизненные процессы и вызывать подозрение на погребение заживо.
К примеру, одно из таких явлений «роды в гробу». При захоронении трупа беременной женщины в результате давления гнилостных газов и трупного окоченения происходит механическое выдавливание плода из матки. И при эксгумации скелет плода обнаруживают между ног трупа.
- Возможно именно поэтому Риме в конце VII века до нашей эры был издан закон, по которому погребение погибшей беременной женщины производили только после извлечения ребенка путем чревосечения, чтобы убедиться, что ребенок мертв. Эта процедура называлась Lex Caesarea (буквально «Кесарев закон»), - рассказали авторы канала «Записки судмедэксперта».
По словам врачей, также иногда может показаться, что труп «сделал выдох» или издал хрипящий звук. Это объясняется тем, что под влиянием мышечного окоченения диафрагмы выходит остаток воздуха из легких и проходит через голосовые связки, которые также находятся в состоянии окоченения.
- Страх ошибиться в констатации смерти толкал врачей на разработку методов диагностики, созданию специальных жизненных проб, либо на создание специальных условий захоронения. Так, в Мюнхене более 100 лет существовала усыпальница, в которой руку умершего обматывали шнурком со звонком. Звонок прозвенел один единственный раз, а когда служители пришли, чтобы оказать помощь «очнувшемуся» пациенту, оказалось, что произошло разрешение трупного окоченения, рука расслабилась и звонок зазвенел, - рассказывают врачи.
Между тем, быть заживо погребенным боялся писатель Николай Гоголь. Чтобы обезопасить себя от несвоевременных похорон, Николай Васильевич фиксировал на бумаге возможные казусы, происходившие с ним.
«Находясь в полном присутствии памяти и здравого рассудка, излагаю мою последнюю волю. Завещаю тела моего не погребать до тех пор, пока не покажутся явные признаки разложения. Упоминаю об этом потому, что уже во время самой болезни находили на меня минуты жизненного онемения, сердце и пульс переставали биться», - писал Гоголь.
фото: КТВ-ЛУЧ